Счастливы ли психологи?

психолог воронеж

Бытует мнение, что у людей данной профессии всё должно быть идеально: личная жизнь, финансовое положение, отношения с родными и детьми. Ведь раз ты психолог, у тебя в руках находятся все инструменты (знания, умения, опыт) для достижения гармонии и счастья…

Это восприятие основано на стереотипном понимании самой терапевтической консультации: многие клиенты по-прежнему считают, что психологи помогают пациентам, опираясь на свой житейский опыт. Если же у специалиста, к примеру, нет детей, то что он вообще может знать об их воспитании, конфликтах и непонимании, возникающих между родителями и ребёнком? Или есть другая точка зрения: если ты психолог, то у тебя много душевных травм, переживаний и вообще, вся жизнь – боль: чем же такой израненный человек может помочь?!

Ни то, ни другое не верно – всё гораздо глубже и сложнее, чем может показаться на первый взгляд.

Во-первых, что, прежде чем приступить к ведению личных консультаций, психолог должен сам пройти психотерапию. Это имеет первостепенную важность, так как, подчеркну, у каждого человека существуют некие травмы и проблемы, и консультант – не исключение. И если они не решены, то он будет пытаться сделать это за счёт клиентов. Или настолько погрузится в свои переживания, что не будет в состоянии помочь. Более того, психотерапия специалиста длится на протяжении всей его жизни: может, не постоянно, но периодически он обязательно к ней возвращается.

Во-вторых, не буду отрицать – путь в психологию как в профессию чаще всего начинается именно с какой-то глубокой душевной травмы. Желание понять суть проблемы, механизмы работы психики, найти пути исцеления – всё это может инициировать в человеке желание начать разбираться в этом с профессиональной, а не любительской точки зрения. Да, все, кто идут в психологию, хотят, в первую очередь, понять себя. Но потом у людей, получивших соответствующее образование, есть два варианта: разобраться в своих душевных перипетиях и на этом остановиться, или захотеть помогать другим на непростом пути познания себя. Вторые становятся психотерапевтами, и в этом случае их травмы становятся в работе помощниками, а не наоборот. Более того, именно собственные душевные страдания позволяют психологам лучше понимать и чувствовать своих пациентов.

Гарантируют ли личное счастье обострённое восприятие, способность тонко чувствовать, глубинные знания психики человека? Понятно, что нет. Впрочем, как и не исключают его! Люди данной профессии не Боги и не маги – не нужно приписывать им сверхъестественных способностей! Они обычные люди со своими слабостями, недостатками, проблемами. Но они умеют заботиться как о своей психике, проходя собственную терапию, так и о психике клиента, опираясь в консультациях на профессиональные знания и используя супервизию*.

«Объясни мне, почему он так поступил, ты же психолог!», «Что же ты до сих пор не можешь устроить свою личную жизнь, ты же психолог!», «Как у тебя может быть плохое настроение – ты же психолог!» – да, людям данной профессии приходится сталкиваться с подобным непониманием. Часто партнеру, который строит отношения с психологом, приходится несладко, потому что все его поступки, слова, недосказанности автоматически анализируются и объясняются. В обществе он также остаётся непонятым, так как чувствует окружающий мир иначе, умеет «читать между строк», видя потайныксмыслы, истинные причины поступков людей, их комплексы и обиды, которые они так хотят скрыть. Поэтому люди этой профессии часто воспринимаются окружающими как опасность, от которой следует держаться подальше.

Но специалисты данного профиля не пытаются быть тем, кем они не являются, угождая и оправдывая чьи-то ожидания. Они живут в соответствии с собственными желаниями и стремлениями, разрешая себе быть теми, кем они являются. Помогает ли им это или мешает в построении личного счастья? Я считаю, что помогает, потому что нельзя стать психологом, не научившись понимать, принимать и любить себя, не обретя внутреннюю свободу от всех шаблонов и стереотипов, принятых в обществе. И уже это огромное счастье!

* Супервизия (от supervidere – обозревать сверху) – форма консультирования психотерапевта в ходе его работы более опытным, специально подготовленным коллегой. Она позволяет супервизируемому систематически видеть, осознавать, понимать и анализировать свои профессиональные действия и поведение; способствует развитию знаний, навыков и умений, совершенствованию профессиональной деятельности психотерапевта.


Понравилось? Не забудьте поделиться статьей с друзьями и поставить мне 5 звезд. Благодарна за отзывы и обсуждения в комментариях!

Понравилась статья? Поставьте 5 звезд!
[Total: 4 Average: 4.5]

Вам будет интересно узнать...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.